Меню
12+

«Знамя труда». Общественно-политическая газета Каратузского района

11.03.2016 08:10 Пятница
Категория:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 11 от 11.03.2016 г.

Уходят дни, не возвращаются

Автор: Елена Филатова
корреспондент

Е.Ф. Ворошилова

Не удержать в руках мгновения, не остановить. Пролетает жизнь, уносит страсти и силы, добро и зло размывает, оставляя воспоминания. Яркие и добрые, или, напротив, настойчиво хранит память дни черные, лихом меченные. 

 

 Вот она околица села, гора перед окнами, река неподалеку. Огромная светлая квартира, чистая и теплая. Есть все то, о чем мечталось в те дни, когда совсем юной была, – красивые шторы, удобная мебель. В шкафу – официальные поздравительные письма, в вазе увядают букеты. Недавно 90 сравнялось, приезжали поздравить, слова добрые говорили, пожеланий множество. Приятно, конечно, помнят о тебе, получается, значишь ты что­то в этом мире, чем­то важна еще. И покой в душе, и умиротворение. И только долгие воспоминания о такой длинной жизни иной раз душу бередят.

Евдокия Фроловна Ворошилова,  жительница Верхнего Кужебара. Хоть и говорит она, что не местная, а любит она это село искренне. Два сына, что живут в нашем районе, предлагали каждый свое село. Старший в Качульку звал, но глянулось ей село, в котором младший живет, оно к тайге ближе.

 

такое далекое

 

Детство ее, такое сегодня далекое, помнится слезами в глазах матери – отца и старшего брата по доносу арестовали в 1937 году. Время сложное, у матери двое ребят на руках остались, а у невестки – четверо, в один дом съехались и выживали, как могли. Что такое впроголодь да холодно, Ворошилова знает. А еще знает, какой горький вкус у войны. Встретила она ее подростком, все тяжести помнятся очень хорошо. Спасало, наверное, то, что готова была всегда и учиться, и работать на износ.  В 1942 году уехала на курсы комбайнеров. Брать не хотели, паспорта еще не было у девчонки, но уговорила, оставили ее, а потом и документы получила. Устроилась на квартиру, худо­бедно похлебкой курсантов в столовой  кормили. Азы механизаторские постигала с удовольствием, вернулась домой и штурвальным на комбайн работать пошла, а потом трактор за ней закрепили. Летом поля убирать, а зимой – молотить зерно. В 1943 Евдокии Фроловне предложили еще учиться, на механизатора. Не отказалась. Мотивировала, скорее, не необходимостью в знаниях, на полях­то техника быстрее познавалась, чем в кабинетах, другое было важнее – на три­четыре месяца одним едоком за семейным столом, и без того очень скудным, меньше. Уехала в Краснотуранск.

– Я помню тот день, когда по селу бегала, отца искала. Мама ведь хлопотала бесконечно, письма писала везде, вернули отца из тюрьмы. Довезли до Краснотуранска, а где оставила его эта попутная машина, мы не знали. И когда увидела чуть живого, постаревшего, но такого родного для меня человека, на одной из скамеечек, расплакалась. Он был очень слаб, но для всех нас главное было – он вернулся домой, к нам. И, знаете, ведь точно дома стены лечат, поднялся отец и прожил еще много лет.

 

Неженское то дело...

 

Работа, работа. Ранним утром пешком  на стан, трактор завести и в поле. Или ремонт, пальцы стынут, ключи тяжеленные, а установка – завтра в строй. Плачь, да делай. Зато трактористам на трудодень по три килограмма хлеба давали, а это было самое веское основание для такой трудной работы. Семь лет в полях. А потом, когда немного отступил голод, перешла на ферму. Отец посоветовал – надо такую работу, чтобы конь в руках был.   Минутку для себя всегда найдешь, дрова привезти, зерно, да мало ли забот во дворе. И правда, получилось, она везде успевала. И в колхозе передовой, и дома забот хватало.

– А вот с личной жизнью не сложилось у меня, – вздыхает женщина, – вышло так. Первый муж три года ухаживал, я не отвечала, потом сдалась. Проснулись утром однажды у него, а мама и бабушка вздыхают: «Жена, что ль?». Помню, как сердце зашлось, когда услышала его уклончивый ответ.  Тогда позор это был,  так что хоть с моста головой в реку. Но не отказался, женой стала. К тому же невеста небедная была – воз хлеба в приданое привезла.  Муж – красавец, гармонист. Вот только не сложилось. А потом сын родился, и проблемы обострились.  Сложно выживать под одной крышей в несколько семей, а тут еще и зыбка с плачущим малышом. Супруг и без того практически жил в МТС, а на редкие выходные если и возвращался домой,  то ненадолго: поесть, в порядок себя привести, гармонь на плечо  и на улицу. А я оставалась плакать у колыбели ребенка. Недолго так продолжалось, однажды собрала вещи и ушла в отчий дом. Второй брак оказался тоже непродолжительным, второй сын родился уже после расставания. Что тому виной,  до сей поры не понимаю,  может, просто не могли мужчины совладать с той силой, что жила во мне.  А понять, что такими вот, «железными», женщин делает судьба? Как было  стать ласковой и послушной, если сызмальства привыкла к ответственности за себя и свою семью, да и время тогда такое было – не до нежностей. 

 

Новая жизнь

 

Трудно тогда всем нам было. Я сейчас не жалуюсь, мы после войны немного лучше жить стали. Работали и в колхозе, и дома успевали.  Хозяйство держали. Но представьте, каждая семья имела право держать только одну крову. И не важно, сколько в доме едоков и сколько корова дает молока,  а 250 литров  государству сдай.  Мы во дворе все же две коровки держали, числились­то две семьи – мама с отцом, я с ребятишками и невестка, что так и не дождалась возвращения мужа, с детьми. В то время все делалось для того, чтобы люди шли на общественные работы, на личные дела не отвлекались. Так что себе сено­то иной раз и ночами косили и гребли.

– Мальчишек уму­разуму учил дед, – улыбается Евдокия Фроловна, – старшенький  Володя у меня балованный был, его бабушка берегла от всех бед, а второй сын – Витюша, тот больше с дедом рос.  Потому, когда подросли, Володе сложнее было в жизни устраиваться, а Виктор более стойким оказался. Но оба сына у меня молодцы. 

Когда начали в Краснотуранском районе строить водохранилище, мы попали под переселение. Дали мне на семью квартиру огромную. Мама так радовалась – дожили до дома большого и светлого. Мы же всю жизнь так и ютились в маленьком домике большой семьей. А тут меня сватать приехали. В Черногорске жили моя подруга с мужем, двое детей у них.  Заболела она и умерла.  Приехал вдовец и позвал меня к себе, так и прожили мы с ним более 20 лет. Выросли  ставшие общими дети. Шли годы, будни да редкие праздники.  Хорошо прожили, много лет, но пришло время, осталась я одна, мальчишки мои сюда меня перевезли. Тут вот и живу, рядом с ними. Хоть и одна в квартире, а все под приглядом, каждый день Виктор наведывается. Много ли нужно для счастливой старости? Есть еще силы по дому ходить, и хорошо. Соседи в гости заглядывают, говорим от души. Я люблю общаться с людьми, теперь время на это есть. Бывает, совсем одна остаюсь, вот тогда гляжу в окно и вспоминаю… Что было в моей жизни, такой долгой. Прошла путь, у края стою. Назад оглянусь – страшно, так трудно он мне давался. Вперед смотрю – горжусь – я смогла, я прошла, выдержала. Значит, верной она была, дорога моя.  

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи. Комментарий появится после проверки администратором сайта.

40