Меню
12+

«Знамя труда». Общественно-политическая газета Каратузского района

29.09.2017 11:18 Пятница
Категория:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 39 от 29.09.2017 г.

О трудностях не думали

Автор: Татьяна Меньшикова
корреспондент

Крепкий дом из кругляка  в старом деревенском стиле на одной из центральных улиц Нижнего Кужебара, мальвы в ограде за домом, крытое крыльцо в несколько ступеней – все здесь напоминает прошлый век, когда строили  прочно, надолго, из просушенного и вовремя заготовленного леса. Галина Васильевна и Иван Захарович Сорокины возводили этот дом не один год, ее братья и его большая родня помогали. 

Галине Васильевне 85 лет, 32 года она вдова, коротает свой век одна в своей деревянной избе.

Галина  родилась 6 сентября 1932 года в молодой семье Нины Петровны и Василия Андреевича Пермяковых. Через три года в семье появился сынишка  Алексей, еще через четыре – Николай. Родители работали в пимокатной мастерской при колхозе «Пограничник», Нина Петровна катанки застилала, а Василий Андреевич – катал. Хозяйство, конечно, держали: и кони, и коровки, другая живность. Тогда в деревне по­другому не мыслили жизнь. В колхозе – трудодни в виде палочек, после уборочной зерна выдадут по несколько килограммов за каждую. Выручало хозяйство да огороды, и не такие, как сейчас, а по несколько десятков соток. Ведь садили не только картофель, капусту, огурцы, но и лен. А как без него, одежду­то сами шили из ткани, что из высушенного льна ткали – кросны, почитай, в каждом доме стояли. Галина Васильевна помнит, как мама по вечерам усаживалась за этот ткацкий станок и гоняла челнок туда­сюда, чтобы потом было из чего штаны ребятам да платье дочке сшить. Первый раз «товар», как тогда называли ткань, в доме появился, когда у Пермяковых жители золотого прииска купили корову. А Нина Петровна сшила из него замечательные вещи, вообще она была рукодельницей: кроила и шила не только своей семье, но и односельчанам, ведь в доме была зингеровская швейная машинка – богатство по тем временам. Жили Пермяковы, не тужили. Летом по черемшу да малину в лес, что вокруг села растет, ходили.

В 1940 году Галя пошла в первый класс, а осень 1941­го запомнилась девочке особенно.

– Мы жили в Сысоевом переулке, что около ул. Калинина, – рассказывает Г.В.  Сорокина. – Тогда ведь таких названий у улиц, как сейчас, не было: Кожухов, Губанов переулки, Загибановка, Тамбовка – так назывались места в селе. В тот осенний день со всех переулков шли люди к машине, что стояла на горке у села. Много мужиков провожали на фронт из Нижнего Кужебара, папа всю дорогу нес двухгодовалого Колю на руках, а мы с мамой и Алешей шли рядом. Слез в тот день было немало, не знали когда увидим его снова. Папа был безграмотным, поэтому письма с фронта за него писали однополчане. Он жалел, что не выучился грамоте и приходится диктовать другим, чтобы поведать о своих делах. Эти письма мама читала нам вслух.

Не пришлось больше свидеться семье Пермяковых с отцом, в 1942 году пришла похоронка: умер от ран в госпитале г. Лужни Тульской области, где и похоронен. Остались дети сиротами. Галина четыре класса местной школы закончила (Г.В. Сорокина помнит, что два класса располагались в здании по улице, где сейчас сельсовет находится, а два – по центральной улице), а дальше учиться не стала, нужно было ездить в Каратуз или Верхний Кужебар. Семья не могла себе этого позволить. Поэтому пошла девчушка трудиться на курятник.

– В войну все помогали колхозу: летом пропалывали посевы – женщины с литовками ходили в поле, а мы, подростки, – с серпами. Сеяли зерно из мешка вручную, коней не хватало – на фронт всех забрали. На курятнике я пять лет работала, с Валей Логиновой и Марусей Бачуриной. Яйца на инкубаторную станцию в Каратуз отправляли, а оттуда цыплят нам привозили, мы их и растили. В  те годы колхозы много птицы держали. Пять зим работала на лесозаготовках, где деревья валили ручной пилой.

День Победы тоже мне хорошо запомнился. Мы с ребятами в проулке играли, когда услышали, как люди говорят, что война закончилась. Побежали домой, сказали маме, что конец войне,  а она в ответ «Кому кончилась, а нам нет, наш­то папка не вернется» и заплакала. Ну, и мы все заревели.

И после войны лишнего времени у нас тоже не было. Валились с ног от усталости, засыпали на полевом стане, а из головы не выходила мысль о соревновании между нашим и соседним хозяйствами. Смотрю сейчас фильмы, передачи о войне и все вспоминаю, как же нам трудно жилось. Такого не пожелаешь и врагу!

После курятника пошла Галина на ферму – телят поить, кормить. В 1957 году замуж вышла.

– Семья моего мужа Ивана Захаровича Сорокина в Нижний Кужебар переехала с хутора Ягодного, – продолжает Галина Васильевна. – Мастеровой Иван был: кадки, санки, столы делал. Работал в мастерской при колхозе. Мы с ним еще до его службы в армии познакомились, письма мне писал. Потом вернулся со службы, уговаривал замуж выйти. Я не соглашалась. Он чуть на другой не женился, уже и просватал ее. Да потом опомнился, опять ко мне пришел. Я его помурыжила, но согласилась. Свадьба была, народу полным­полно – у мужа родня большая. Три года с его родителями жили, я десятой в семье была. В 1960­ом заехали вот в этот дом, сами строили, мои и его братья помогали, его отец, хоть и с одной рукой с войны пришел. На новоселье нам дарили кто таз, кто чашку, кто ведра. Мои мама и брат привели овечку, его отец барана и пчел подарил. Так у нас своя пасека появилась. Мед давал хорошую прибавку в семейный бюджет, мотоцикл покупали, аж из Воронежа контейнером нам его отправляла сестра мужа. Потом машиной обзавелись. Я восемь лет почтальоном работала, письма с газетами разносила. А потом муж сказал, что надо в колхоз идти – на почте муку не выдают. Вот и пошла на свинарник работать, оттуда и на пенсию ушла в 1987 году. Своих детей у меня нет, но племянники и их дети не забывают, в гости заходят.

Пока мы беседовали с Галиной Васильевной, родственники звонили на телефон социального работника, а муж племянницы даже заехал, отложив поездку на покос, чтобы убедиться, что не очередные мошенники к бабушке пожаловали. Дело в том, что плохие люди, узнав, что Г.В.  Сорокина живет одна, представились работниками социальной защиты и дважды обманули пожилую женщину, продав ей какую­то ерунду. Поэтому теперь родня беспокоится, когда видит незнакомые автомобили у дома Галины Васильевны, соседи помогают назойливых торгашей выпроваживать.

Возраст не мешает моей собеседнице самостоятельно управляться с огородом. Конечно, садит она в разы меньше, чем раньше, но и морковь, и картошечка, огурцы, помидорки свои. В доме убираться соцработник помогает, продукты, лекарства покупает. А так Галина Васильевна сама справляется, на лавочку выходит – обсудить с соседями последние сельские новости. Легко называет имена и фамилии подружек молодости, с кем работала на ферме, сколько ей и коллегам начислили денег, когда уходили на пенсию. Можно только подивиться такой памяти и работоспособности.

С днем мудрости, Галина Васильевна, здоровья вам, и по­прежнему заряжайте своим оптимизмом всех окружающих.

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи. Комментарий появится после проверки администратором сайта.

55